|
Коротенькое.( Вот такое )
На большее пока не хватает времени. Не исключено, что впоследствии эти строки вырастут в целую поэму. Или сагу. А может, и не вырастут. Но тогда я сочиню что-нибудь еще, тоже небольшое. |
|
Автор музыки первой пиесы - вроде как Евгений Крылатов (р. 1934). Второй - Александр Ольшанецкий (1892-1946). Первая появилась в 1969 году, а вторая - очевидно, раньше. Слушая начало обеих, можно вот так прямо и впасть в задумчивость, испытывая легкое наслаждение от этого редкого состояния. А то и в паранойю, чо уж там.
|
|
Апофатическая песня о Великой Работе.
Очень ее люблю; не только за ее постоянную актуальность. |
|
Во время одного из приемов академик Николай Николаевич Семенов подошел к известному драматургу Александру Корнейчуку и сказал: «Да, Корнейчук, вы – не Шекспир». Писатель был ошарашен и не нашелся, что ответить. Позже он, правда, собрался с мыслями и, подойдя к нобелевскому лауреату, ответил: «А вы не Ньютон, Николай Николаевич». Академик со смехом парировал: «Правильно, но надо было ответить сразу, а не через час».
Золотов Ю.А. Химики еще шутят. – М.: ЛИБРОКОМ, 2009, с. 59. |
|
Как одним махом привести в движение всех? Мое предположение подтверждается: ( только с помощью цепной реакции )
|
|
Иван очень любил играть с алоэ. Подойдет, бывало, к горшку, наклонится и начнет дразнить бедное растение, хватая его за колючки: "Алоэ, алоэ! почему ты не алое? почему ты не алё?". Подразнится-подразнится, покричит-покричит минут пять и пойдет себе дальше. Маму его звали Катя, и все об этом знали. |
|
Закончились благовония. Воткнул в подставку длинную макаронину и зажег. И жить вдруг стало намного веселее. |
|
В абсолютно белом снегу
Можно увидеть много:
Можно увидеть дорогу
В абсолютно белом снегу.
Среди коварных объятий
Арктических снегов
Длится вечный инфайтинг –
Драка белых котов.
Выбери самого алого,
Если увидишь их:
Это Ватерлоо
Для одного из них.
В царстве белых безмолвий,
В безумии вечных льдов
Надрывается кровью
Драка белых котов.
Ты будешь белой глыбой,
Арктической мечтой,
Ты будешь питаться рыбой
Прозрачной и золотой.
В абсолютно белом снегу
Можно увидеть много:
Можно увидеть дорогу
В абсолютно белом снегу.
|
|
Валерий Ободзинский, «Играет орган»… «Советский дарквейв» – так об этой композиции однажды сказал в своей «Трансильвании» выдающийся культуртрегер (в одной из былых ипостасей) Гарик Осипов, a.k.a Граф Хортица.
Да, в Союзе авангардная и экспериментальная музыка сочинялась и исполнялась в разные периоды – были же и Шостакович, и Таривердиев, и Шнитке, и многие другие. Да, дух композиторской нестандартности – безмолвный и полупрозрачный – всегда витал вокруг, а порой вдруг сгущался, окутывал слушателя, навевая самые странные чувства.
И все же – эстрада. И все же – 1970-й e.v.
«Играет орган». Музыка: Д. Тухманов, текст: М. Пляцковский, солист: Валерий Ободзинский.
|
|
Уж пардон на многобуквенность, но хочется процитировать пространный кусок из романа Дины Рубинной «Вот идет Мессия». Весьма по настроению ;)
…– Ну-с? – спросил привычно Витя. – Кугель? С Кугеля, как правило, начинали работу над очередным номером газеты, с утречка, пока свежи еще силы. Кугеля надо было переписывать от начала до конца, с заглавия статьи до многозначительного многоточия, которым тот усеивал последний абзац. На редактуру политической статьи Кугеля они ухлопывали часа три, потому что ежеминутно необходимо было заглядывать в справочники, словари и энциклопедии.
Кугель путал даты, ошибаясь на годы и даже десятилетия. Он путал географические названия, имена и должности государственных деятелей, к тому же нетвердо помнил – кто из них жив, а кто уже перекинулся.
Он знал шесть иностранных языков, и все плохо. Он изобретал новые идиотские факты; брал с потолка цитаты; создавал научные теории, от которых хватил бы удар любого десятиклассника; ссылался на законы, не существующие в юридической практике государства; приводил цифры экономических показателей, за которые следовало упечь его за решетку.
Он умудрялся печататься во всех русских изданиях, кроме ведущей газеты «Регион», куда и сам не совался.
В «Средиземноморское обозрение» давал короткие заметки на культурные темы под псевдонимом А. Герцен. В «Ближневосточье» однообразно высказывался на темы моральные, ругая аппетиты новых репатриантов и противопоставляя им страдания и самоотверженность прошлых волн Алии. Здесь он выступал под псевдонимом Шимон Бар-Иохай.
( продолжение; длительное, но жизненное ) |
|
Мне всегда нравились кактусы. И коты. Не сказать, что я это все дико люблю, но если б такое у меня появилось, был бы не очень против. Однако ни того, ни другого у меня никогда не было. Сам не завел бы – постоянные переезды, дела.
И вот теперь мне достались три кактуса. Один с длинными иголками. Уколоться - долго не заживет: ядовитый, как мне сказали. Правда или нет – не знаю, потом попробую. Смотрю: с одной свисает крохотная капелька.
И кот. Здоровенный белый перс, наверное, очень старый – коты с возрастом понемногу становятся крупнее, так ведь? Он и ведет себя как безобидный меланхоличный старикашка. Иногда вяло и вопросительно мяукает себе под нос несколько минут подряд, будто сам с собой разговаривает, бормочет о чем-то. Тихо похрапывает во сне.
|
|
Мне сегодня с самого утра захотелось что-нибудь сочинить. Я решил написать рассказ и включил ноутбук.
Девочка Катя часто разговаривала с пельменями. "Пельмешки... пельмешки...", - шептала она по вечерам в бурлящую кастрюльку...
И все, дальше никак. Хотя сюжет очень увлекательный, по крайней мере завязка многообещающая. Сначала я опечалился и решил бросить эту безнадежную идею: данунафиг, какой я литератор! Так только, писака иногда. А потом передумал и решил так и оставить - пусть будет этот рассказ маленьким, из двух предложений. Отправлю его в какое-нибудь издательство - чтоб напечатали в какой-нибудь книжке или еще где.
Ближе к вечеру нашел у себя в электронном почтовом ящике письмецо от еще одного журнала, не особо известного (для конспирации пусть просто так и будет - "журнал"), с предложением сотрудничества. "Нам с вами будет неплохо", - такова идея e-mail'a. Надо будет перечитать: я очень люблю такие письма. Еще там сказано, что платят по триста рублей за страничку текста, отчего моя скупая мужская слеза траляля чего-то там. Впрочем, наверное, соглашусь - интересный журнал.
"А ваще, ребята, - вдруг подумалось мне, - за такие деньги я ведь могу вам прислать свой новый рассказ..." |
|
Я нашел Фрейда, но жить лучше не стало. Я ведь никакого котэ не видел, только слышал слова о нем.
© ![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif?v=92.2) masson
|
|
"...а теперь я прочитаю вам стихи, которые написал мой кот по кличке Батя..."
PS Есть у кого-нибудь знакомый Фрейд?..
|
|
Выкладывал здесь когда-то очень давно.
Моя теща отмечала день рождения Крученых, еще был жив этот знаменитый некогда футурист, и я во все глаза смотрел на маленького сухого старичка, воплощенную память российского Возрождения, оборванного и обрубленного круто. И не я один, естественно, смотрел на старичка такими же музейного почтения глазами. Очень странно было, что еще мог разговаривать и явно удовольствие от жизни получал этот реликтовый остаток той мифической эпохи. За столом народу было много, шел несвязный общий разговор, и вдруг одна старушка, писательница Лидия Григорьевна Бать (как-то сказал Светлов, что у нее вместо фамилии - глагол) по-гимназически восторженно спросила-воскликнула:
- Алексей Елисеевич, я все хочу у вас спросить: а Блока вы живого видели? Или встречали?
Крученых медленно намазал блин икрой (еще такие были времена), вкусно отправил его в рот, немного пожевал и наставительно сказал:
- Однажды я был на обеде у Владимира Галактионовича Короленко, и Владимир Галактионович мне сказал: когда я ем, я глух и нем.
И замолчал. И все какое-то мгновение недоуменно помолчали. Лидия Григорьевна нарушила тишину первая:
- А Блок? - спросила она.
- А Блока там не было, - ответил Крученых.
Из "Заметок на полях воспоминаний" Игоря Губермана.
|
|
Итак, уволился я с работы и с этого дня не работаю вообще. Но устраиваться никуда не планирую; как минимум, на фуллтайм точно не собираюсь. Отдохну, потом начну спокойно фрилансить, диссер писать да другими хорошими делами заниматься.
Принтеры, кондиционеры, шреддеры; курьеры, девочки на ресепшн, шефы; корпоративы, дни рождений с засыхающей на пластиковых тарелках жрачкой-нарезкой, сроки сдачи материалов; звонки, заказы, "с уважением, редактор издательства..."; бизнес-ланч, курилка, "праздник попадает на воскресенье"...
Надоело это все, эта нелепая имитация жизни. Плохо замаскированная суета. Сомнительные ритуалы с сомнительными атрибутами. Рад за тех, кто в этом не оказался; тем, кто еще не оказался, - от души желаю такой тоски избежать.
Получился у меня первоапрельский день и по-своему праздничным, и выходным. В честь двойной радости решил скопипастить такую вот то ли байку то ли быль.
Речь о тех временах, когда русскоговорящих интервьюеров в израильских военкоматах еще не было, а русскоязычные призывники уже были. Из-за того, что они в большинстве своем плохо владели ивритом, девочки-интервьюеры часто посылали их на проверку к так называемым "офицерам душевного здоровья" (по специальности - психологам или социальным работникам), чтобы те, на всякий случай, проверяли, все ли в порядке у неразговорчивого призывника.
Кстати, офицер душевного здоровья - "кцин бриют нефеш" - сокращенно на иврите называется "кабан". Хотя к его профессиональным качествам это, конечно же, отношения не имеет.
Офицер душевного здоровья в военкомате обычно проводит стандартные тесты - "нарисуй человека, нарисуй дерево, нарисуй дом". По этим тестам можно с легкостью исследовать внутренний мир будущего военнослужащего. В них ведь что хорошо - они универсальные и не зависят от знания языка. Уж дом-то все способны нарисовать. ( Хатуль мадан - кошмар кабана :) )
|
|
«Голливуд, страна снов в Городе Ангелов. В 1940-х годах крайне эксцентричный поэт-песенник, звавший себя “Эден Абез”, жил со своей женой и маленьким сыном в шалаше под первой буквой “L” знаменитого знака на Голливудских холмах.
Это был, пожалуй, первый американский хиппи. Он называл себя “мальчиком природы”, “nature boy”. Он играл на фортепиано в магазине здорового питания, что в каньоне поблизости, – в одном из первых таких магазинов в стране. Абез гордился тем, что мог жить на три доллара в день.
В 1947 году одна из песен Абеза привлекла внимание певца Нэта “Кинга” Коула. Забрав с собой Абеза из его жилья под “L”, он записал песню “Nature Boy”. В 1948-м она восемь недель подряд занимала первые строчки чартов. Магия “Nature Boy” – в ее запоминающейся мелодии и глубокой, чистой и простой мысли: “Самое важное, что ты поймешь, – надо просто любить и быть любимым в ответ”».
( Nature Boy )
http://community.livejournal.com/ru_thelema93/48099.html
|
|
Вражеская фотокамера зафиксировала момент умственного напряжения. :)
Сделано в 2004 году. Найдено, кстати, случайно в интернете. |
|
- Штирлиц, как вы думаете, сколько про вас анекдотов?
- А этот считать или нет?
http://v2.anekdot.ru/an/an0311/f031126.html |
|
И, таки, будьте мне здоровы!.. :)
( Посмотреть в полный размер, 65,7 кБ )
Не монтаж - сам сканировал. |
|
Во вчерашнем утреннем обзоре прессы на "Эхе Москвы" Плющев забавно оговорился, сообщив новость о продаже израильского дома "Коммерсант". |
|
Was ist der Unterschied zwischen einem Philosophen und einem Mathematiker? Zum Arbeiten brauchte der Mathematiker Papier, Bleistift und einen Papierkorb. Der Philosoph braucht keinen Papierkorb... |
|
|
|
